?

Log in

No account? Create an account

Каждое решение порождает новые проблемы


Previous Entry Share Flag Next Entry
На почитать и без страстей...
kneejnick1
0.png

В 1966 году в Москве вышел из печати роман Верткеса Тевекеляна "Рекламное бюро господина Кочека", который сразу же завоевал популярность у читателей. Причина успеха романа заключалась не в его художественных достоинствах, хотя написан он был живо и интересно, а в редком для тех лет сюжете.

Это было наполненное интереснейшими событиями повествование о советских разведчиках - молодой семейной паре, сумевшей проникнуть на территорию Германии, успешно там легализоваться и обзавестись необходимыми для добычи секретных сведений связями в условиях тотального сыска и всеобщей подозрительности, разжигаемых пришедшим к власти и набирающим силу фашистским режимом.

Отдавая дань лихо закрученной фабуле и переживая вместе с героями романа их головоломные приключения, вряд ли кто из читателей мог догадаться о том, что они являются не плодом воображения талантливого автора, а реальными событиями из жизни малоизвестных широкой общественности выдающихся советских разведчиков Елизаветы Юльевны (и для сравнения ссылка на вики) и Василия Михайловича (ссылка на вики) Зарубиных, чьи профессиональные достижения не только не уступают, а даже во многом превосходят успехи тех знаменитых нелегалов, имена которых стали хрестоматийными.

1.jpg


[Spoiler (click to open)]
Cо страницы 74.

Гамбург — морские ворота Германии — показался Василию и Лизе более оживленным и веселым, чем Берлин. Порт и все, что было связано с ним, накладывало своеобразный отпечаток на жизненный уклад этого большого города. На каждом шагу встречались иностранцы, матросы из самых отдаленных уголков земли. Каждый второй гамбуржец знал хоть один иностранный язык. В Гамбурге сосредоточилось множество увеселительных заведений, публичных домов, нравы здесь были проще, чем в других городах Германии. В ресторанах кормили лучше — подавали отлично приготовленную рыбу, мясо. В магазинах тоже было больше продовольственных и других товаров, чем в столице. В Гамбурге в невиданных размерах процветала спекуляция, — на черном рынке можно было купить все что угодно, начиная от потребительских товаров и кончая иностранной валютой, золотом и драгоценными камнями. В этом шумном многоязычном городе дышалось как-то свободнее.

Глауберг встретил патрона с женой на вокзале и повез их в лучшую гостиницу под названием «Гамбург», где был забронирован трехкомнатный люкс.

Было еще рано, и, чтобы не терять драгоценное время, Василий быстренько привел себя в порядок и отправился к американскому консулу.

Мистер Меллон, немолодой американец с седеющими висками, оказался в высшей степени любезным, неглупым человеком. Он объяснил, что местная обстановка мало чем отличается от той, которая господствует ныне во всей стране, — те же фашисты с их крикливой демагогией… Что касается человека для постоянного представительства фирмы, то у него есть на примете один немец, и, если мистер Кочек скажет, где он будет завтра в одиннадцать утра, человек этот явится к нему с запиской консула.

— Кто такой он, этот немец, — внушает ли он доверие? Я хочу сказать, не связан ли он с нацистами? — спросил Василий.

— Ах, дорогой мой! Разве сейчас можно разобраться, кто из немцев внушает доверие, а кто нет? Все они, в той или иной степени, заражены шовинизмом и, как только выпьют кружку пива, горланят, что Германия превыше всего!.. Человек, которого я собираюсь вам рекомендовать, кажется вполне приличным, а там кто знает, что у него на душе. Поговорите с ним поподробнее, выясните все, что вас интересует, — посоветовал консул.

— Очень вам признателен, пусть придет ко мне в гостиницу часам к десяти… Мне хотелось бы спросить вас еще об одном деликатном деле. Не скажете ли вы мне, что из себя представляют здешние таможенные чиновники?

— Сплошные жулики и взяточники!

— С ними можно иметь дело?

— Если хорошо платить, то можно. Учтите, с недавних пор во главе таможни находится один ярый национал-социалист, любитель выпить и большой мерзавец. Если дело у вас крупное, то лучше всего связаться с ним. Действуйте смело и ничего не бойтесь. Немцы не пойдут на провокацию против уполномоченного могущественной американской нефтяной компании. Сегодня они в нас нуждаются и поэтому всячески будут обхаживать вас. Что будет завтра, не знаю!..

В номере гостиницы Глауберг доложил патрону, что он успел познакомиться с несколькими руководителями гамбургской таможни — не с самыми, конечно, крупными — и пришел к заключению, что они сговорчивые люди и с особым уважением относятся к американцам. Не зная, о чем конкретно идет речь, он, Глауберг, лишен был возможности вести с ними предметный разговор, но, по предварительным его впечатлениям, таможенные чиновники пойдут навстречу любым желаниям мистера Кочека, разумеется при условии приличного вознаграждения.

— Ну, это понятно — не даром же они будут стараться! А нельзя ли, герр Глауберг, встретиться с ними? — спросил Василий.

— Почему бы нет? По-моему, лучше всего сделать это в отдельном кабинете ресторана при вашей гостинице. Я буду с ними ужинать, а вы зайдете к нам как бы невзначай, и я познакомлю вас со всеми. Их будет трое.

— Предложение в принципе принимается, о своем решении и о сроке скажу вам позднее…

Утром, в назначенный час, явился гренадерского вида краснощекий немец с добродушным лицом и хитроватыми глазами. Он отрекомендовался Карлом Бремером и протянул Василию записку от консула.

— Садитесь и коротко расскажите о себе, — Василий указал на кресло.

— Что же вам рассказать?.. — Бремер пожал плечами. — Родился здесь, в Гамбурге, в тысяча восемьсот девяносто четвертом году. Потомственный моряк, — мой отец, дед, как и я, были моряками. Окончил морское училище и службу свою начал в тысяча девятьсот пятнадцатом году на военном корабле гардемарином. Два года проторчал во французском плену, — наш линкор торпедировала французская подводная лодка, и я уцелел в числе немногих немецких матросов. После войны служил помощником капитана на торговом пароходе, потом перешел в управление порта боцманом. Накопив немного денег, решил заняться коммерцией, но во время кризиса разорился и потерял все. В настоящее время выполняю отдельные поручения американских фирм и компаний. Мечтаю о постоянной работе, — закончил свою короткую исповедь бывший моряк и посмотрел на Василия, ожидая решения своей судьбы.

— В каких партиях или политических организациях состояли?

— Политикой никогда не занимался и заниматься не собираюсь!

— Герр Бремер, скажите мне совершенно откровенно: как вы относитесь к национал-социалистам?

— Могу сказать, — и, надеюсь, вы меня поймете, — вполне положительно, хотя и не все одобряю в деятельности наци. Как истинный немец, я люблю свою прекрасную родину и должен вам сказать, что единственный человек, кто сумел вывести Германию из того унизительного положения, в котором она находилась после Версаля, был Гитлер, — за это честь и хвала ему!.. Мы — великая нация, и все попытки держать нас в подчиненном положении напрасны!..

— Благодарю вас за откровенность. Ответьте, пожалуйста, еще на один вопрос: знакомы ли вы с руководителями порта и работниками таможни?

— Почти со всеми.

— В таком случае я познакомлю вас с вашими основными обязанностями и кое с чем еще… — Василий подробно, не жалея, времени, рассказал Бремеру обо всем, что касалось работы того как местного представителя компании, и спросил, сможет ли он выполнять некоторые деликатные поручения, связанные с таможней.

— Смогу! Скажите, что нужно.

— Наш юрисконсульт, герр Глауберг, приглашает завтра вечером нескольких таможенных чиновников на ужин. Примите, пожалуйста, участие в этом товарищеском ужине и постарайтесь договориться с ними о деле.

— Вам известны фамилии приглашенных?

— Нет. Я познакомлю вас с Глаубергом, и он расскажет обо всем. — Василий пришел к заключению, что лично ему не к чему знакомиться с таможенниками.

Судя по всему, юрисконсульт и бывший моряк знали свое дело. На следующий день после встречи за ужином с таможенниками они вдвоем явились к Василию и сообщили условия соглашения: чиновникам таможни платить натурой в размере десяти процентов от всех товаров. Следовательно, из ста мешков кофе оставлять им десять мешков, кроме того, пропускать через таможню тридцать процентов товара и оплачивать полагающуюся пошлину. Это на тот случай, если вдруг возникнет необходимость предъявить квитанции таможне.



п.с. Кстати Елизавета Зарубина (урождённая Эстер Иоэльевна Розенцвейг) сообщила ОГПУ о связях Якова Блюмкина (Симха-Янкев Гершевич Блюмкин) с Троцким, после соблазнения Блюмкина и сожительства с ним по приказу Трили́ссера, Ме́ера Абра́мовича.


  • 1
О, я эту книгу прочел в 7 классе и после этого твердо решил стать разведчиком) Отличная книга! А еще у него кажется есть "Гранит не плавится", про ЧКиста который звезду героя в войсковой разведке получил.

Могу представить как она тебя впечатлила в те времена! Конечно повествование строго стерилизированно... Поэтому и написал что без страстей )))

Ну знаешь, такие вещи в те годы читались на ура, это же был взгляд в другой мир, о жизни полной приключений и опасностей. Ну и чемоданы полные денег в конце конечно тоже впечатлили)))

Помню, помню такое!

мне из сказок больше нравилось "Ставка выше чем жизнь" - отличная серия была... польский разведчик - клон немецкого офицера, работал на красных..

польский студент, а не разведчик - разведчиком он становится в руках сатрапов из НКВД (тм),
плюс это польская переработка экранизации романа "И один в поле воин"


А из более менее реального?

Агабекова читал?

Неа, не моя тема) Я больше за Гарри Поттера люблю :)

  • 1