Category: общество

Смазка АР

Смазка АР-15 от профессионального оружейника. Все наглядно, без перевода можно обойтись...




еще вариант при ограниченном времени от одного проффи - экс-рейнджера




пс. Сколько людей - столько и вариантов... Одно можно сказать с уверенностью - смазка должна соответствовать среде.

Поле битвы - Вирджиния

Из новостей...



В штате Вирджиния, после полной победы (хотя и с не большим колличеством голосов) демократов на выборах в ноябре этого года (губернатор, Сенат и Палата Представителей - все будет под их контролем уже в январе), были внесены на рассмотрение новые законопроекты по ограничению или полному запрету оружия. Голосование планируется во время заседания в январе 2020 года.

В ответ, местные органы управлений округов штата Вирждиния начали Движение за Районы Безопастности Второй Поправки. На данный момент 33 из 95-ти округов провозгласили и проголосуют на этой неделе, что они не будут подчиняться органам управления штата и губернатору если вышеупомянутые, антиконституционные законопроекты будут приняты. Список округов на данный момент:

Bedford, Bristol, Buckingham, Galax, King and Queen, Radford, Rockbridge, Rocky Mount, Salem, Shenandoah, Waynesboro, Bath, Bristol, Chesapeake, Colonial Heights, Cumberland, Floyd, Greene, James City, Lynchburg, Martinsville, Nelson, Northampton, Portsmouth, Prince George, Prince William, Smyth, Spotsylvania, Strasburg, Warren, Chesterfield, Fluvanna, Frederick, Hampton, Hanover, Rockingham, Westmoreland, Fauquier, Grayson, Isle of Wight, Lancaster, Lunenburg, Northumberland, Wise.

На русском можно посмотреть тут.

Шериф округа Culpeper также объявил, что наберет тысячи человек в ополчение для защиты Конституции. Ему вторят многие шерифы из других округов.

Генпрокурор штата в свою очередь заявил, что резолюции округов объявляющих себя Районами Безопасности Второй Поправки делаются с целью запугать людей, и что новые законопроекты послужат улучшению общественной безопасности. Эти законопроекты, генпрокурор продолжил, после вступления в силу, будут в принудительном порядке приводиться в силу.

п.с. Все взоры устремлены на Вирджинию.

п.с.2 Флаг Вирджинии

Анатомия Мужества

В своей биографии (на архивной записи в 6 частях) бывший командующий САС Джон Вудхауз (реформировал САС и ввел обязательный процесс отбора в начале 1950х) упоминает книгу обязательную для прочтения всеми новобранцами САС. Эта книга называется "Анатомия Мужества" (Anatomy of Courage - русского перевода не нашел после поверхностного поиска). Она была написана военным медиком по имени Чарльз МакМоран Уилсон в 1945 году (Сharles McMoran Wilson, провел три года в окопах Европы во время ПМВ с Королевским фузилерным полком, будущий барон Моран и персональный доктор Черчилля).






Приведу отрывок из предисловия к книге, потому как лучше, чем другой бывший командующий САС Питер де ла Биллиер (дослужился до командующего всеми британскими войсками во время войны в Персидском заливе, на фото он) порекомендовать эту книгу невозможно.


[Spoiler (click to open)]
Предисловие

Книга "Анатомия Мужества" зафиксировала опыт Морана и доводит до нас его профессиональное истолкование понятия мужества в сражениях, и очень не многие имеют квалификацию сделать это. Будучи командиром Специальной Авиадесантной Службы, я предписывал каждому новобранцу покупку этой исключительно доступно написанной книги, для того, чтобы прочитав, они начали применять опыт Морана в своих будущих боевых действиях.

Обязанностью любого командира, на любом уровне, является выявление границ смелости каждого своего подчиненного, до того как их запас истощится - что приведет к потере психологической устойчивости из-за накопленого веса персонального стресса - и они станут опасны не только для себя, но и окружающих их сослуживцев. Проведение такой оценки подчиненных требует опыта распознавания начальных симптомов стресса в человеке. Командир затем обязан иметь достаточную силу воли для принятия необходимого, но потенциального вызывающего неприязнь решения об удалении подчиненного с боевого поста, на котором подчиненный возможно и отличился в мирное время.

В бою, мужество является существенной и очевидной необходимостью, и как Моран объясняет, этот ресурс есть у каждого из нас, но у каждого в разных количествах; например как ваш кредит в банке, оно (мужество) является расходуемым ресурсом. Как и с деньгами, ваш кредит мужества будет постепенно уменьшаться взависимости от уровня переживаемого стресса в боях или других ситуациях в которых он требуется. Проявление мужества достигается через личную дисциплину, управлением и подчинением страха присущего всем людям.

Каждое животное способно переживать страх, который является частью защитной и предупредительной системы и люди тут не исключение. Длительное пребывание в страхе ведет к стрессу, который накапливается и приводит к развалу функциональности. Никто не может эффективно руководить подчиненными в бою, независимо от целей и национальности, если он не осмыслит вышесказанное и не научится управлять своим собственным страхом.

Военная история наполнена примерами командующего состава и солдат, которые в мирное время были уважаемыми лидерами или служили достойно, но при встрече со страхом и стрессом при смертельном риске или получении ранения, чего в избытке на поле боя каждый день, быстро опускались в состояние эффективного паралича. Для их же собственного блага, они должны были быть cняты с должности: если бы они оставались на ней, неустойчивое состояние их психики привело бы к полной неспособности выполнения поставленных перед ними задач. Такая неустойчивось заразительна, и если эффективно не выкорчевлена, может быстро распостраниться на все подразделение или экипаж, что приведет к коллективной потере морали и боевого духа.

У каждого из нас есть ресурс мужества, у некоторых он просто очень значителен, у других небольшой, у третьх его вообще нет. На войне мы сможем поддерживать баланс этого ресурса дольше если у нас присутствуют дисциплина, патриотизм, необходимая подготовка и мотивация. Думающие люди больше подвержены страху, потому что в бою они могут живо оценить всю тяжесть происходящей смертельной схватки вокруг них, и ту опасность, которую она несет им и их подразделению. Такой человек должен сделать особое, принуждающее его к контролю усилие и возможно, все равно сломится психологически из-за своего темперамента и воображения. С другой стороны, военный без воображения, который не способен полностью оценить значение угрозы, возможно проявит храбрость, но не потому что он храбрый, а потому что у него отсутствует само восприятие опасности. Смелость - есть индивидуальное усилие над собой для преодоления страха через самодисциплину.

В мирное время невозможно воспроизвести глубокий страх причиняемый постоянным обстрелом и стрессом от увиденной гибели своих товарищей или при получении ими увечий. Также, в подготовке невозможно воспроизвести стресс от постоянного смертельного риска происходящего днями или месяцами; только война может по-настоящему испытать человека в таких условиях, что делает невозможным в мирное время полностью отсеять тех с малым запасом смелости до того как они попадут в реальное дело.

"Тренируйтесь до изнурения, живите долго" - эта фраза являлась ключевой в лагере подготовки в Японии, через который проходили все наши подразделения направляющиеся на войну в Корее. Нам позволялось так рисковать при подготовке - как никогда и нигде не разрешалось до этого. В нашу подготовку также включался разрешенный процент небоевых потерь. И даже при такой подготовке и отсеве, люди ломались, что приводило к трагедиям.

Наиболее важным личностным требованием к тем, кто направляется на войну, является осмысление загадки мужества и его критической важности для преодоления страха. Если вы достигнете этого, то ваш кредитный баланс растянется на дольше. Необходимость понимания этой реальности и привело меня к осмыслению ценности советов Барона Морана в его книге "Анатомия Мужества", которую я сделал своей библией для упражнений по преодолению своего страха.

Генерал Питер де ла Биллиер.

Новости из Оклахомы

Из новостей...



Принципиальный законопроект (SB1081) был внесен сенатором-республиканцем Нэйтаном Дамом на рассмотрение собрания Сената штата Оклахома, которое пройдет 2-го февраля 2020 года. Законопроект предусматривает полную пренадлежность законодательного права в штате Оклахома, в любой форме, относящегося к исполнению федерального закона о защите при экстремальном риске (red flag law) в отношении граждан штата Оклахома, только законодательному органу штата.

Законопроект также объявит, что любой федеральный закон "красного флага", который ущемляет конституционные права граждан, включающие среди прочих, гарантию надлежащей правовой процедуры, владение и ношение оружия, свободу слова - будет аннулирован, лишен юридической силы, не применим в принудительном порядке и недействующим в штате Оклахома.

Законопроект запретит любому правоохранительному органу штата или любой части политического аппарата штата принимать федеральные гранты, направленные на приведение в жизнь любого федерального законодательного акта, правила или приказа федерального правительства, постановления и заключения судов штата или федеральных судов, которые будут отноститься к федеральному закону о защите при экстремальном риске и направленны против граждан штата Оклахома.

Законопроект подвергнет уголовному преследованию любого человека, включая правоохранителей, которые попытаются привести в жизнь федеральный закон о защите при экстремальном риске.

п.с. Такие сенаторы нам нужны.

Кому интересно...



ФБР опубликовало аналитический отчет ( ccылка на pdf файл, 81 страница) о террористах-одиночках. Отчет основан на изучении 83 атак проведенных в период между 1972 и 2015 годами.

В двух словах: большинство преступлений совершены белыми увлеченными антиправительственными и расистскими идеологиями с применением легально купленного оружия...





п.с. Неудивительно что демократы первыми выложили ссылки на отчет ФБР.

Если ночью раздался стук в дверь...

...можно спокойно подойти и спросить кто там :)



[Spoiler (click to open)]





Щит сертифицирован по стандарту NIJ Level III / NIJ-0101.06. Пишут что должен держать все из пистолетов, дробовиков, а также M193 5,56х45, 7,62х39 и даже М80 7,62х51. Размер ~30,5 х 61 х 2см. Вес ~4,3кг. Цена $350 + плюс доставка (на праздники может быть бесплатная).



Другие предложения... отсюда.



п.с. Это быстрее чем броник натягивать... может с бронестеклом взять, тогда можно будет и в глазок заглянуть. :)

Вчера

Прошло интервью (выглядело более как монолог Сноудена) с Джо Роганом... 2 часа 49 минут - на английском.



По словам Эдварда Сноудена все по большей части описано в его книге "Перманентная запись".



Интересен рассказ про то, что побудило Сноудена к раскрытию совершенно секретных проектов спецслужб. Одним из триггеров был случайно найденный им в секретной сети документ объясняющий причины массовой прослушки публичная копия которого, сильно отличалась от найденной.

п.с. Шифрование данных не дает покоя уже и теперешней администрации (см. речь Главного Прокурора Уильяма Барра). А попытки пропихнуть закон для обязательного внедрения производителями закладок для обхода шифрования в программах не прекращаются.

Такие Шерифы нам нужны!

Из новостей... Отрывок интервью с Шерифом Крисом Брауном



Крис Браун служит Шерифом в округе Клиберн, штат Арканзас с 2016 года (переизбрали в 2018 г.) и относится к своей клятве служить Конституции очень и очень серьезно. Шериф Браун наделал шуму когда сделал заявление не обеспечивать выполнение закона "О Защите при Чрезвычайном Риске" (Extreme Risk Protect Orders (ERPO) - так называемый закон "тревожных сигналов" (red flag laws)). Закон позволяет обходить надлежащие правовые процедуры) так как исполнение закона приведет к нарушению данной им клятвы и предательству граждан которых он поклялся защищать.

Журналист, оружейный инструктор и конституционный активист Джон Крамп встретился с Шерифом Брауном чтобы поговорить о его службе и его строгой приверженности Конституции США.

[Spoiler (click to open)]
Джон: Вы заняли позицию противника закона "тревожных сигналов" и почему вы решили противодействовать этому закону?

Шериф: Наша основная задача, как правоохранителей, и моя личная, как избранного должностного лица и Шерифа, гарантировать то, чтобы все наши действия вели к защите прав наших граждан. Мы так часто безмолствуем когда видим что-то, что нам не нравится и что-то, с чем мы не согласны. В случае с законом "тревожных сигналов" - то он в корне неправильный и не конституционный. Наше продолжающееся молчание принимается за наше соглашение с ним. Движение по запрету оружия давно ведется либеральными законодателями и по большей части владельцы оружия и консервативные законодатели позволили этому движению сделаться заметным.

Однако, в последнее время, мы все больше и больше наблюдаем что даже консервативные законодатели прогибаются и соглашаются на компромиссы, которые отбирают у нас наши права. Пришло время и нам, молчаливому большинству, поднять голос и сказать нашим законодателям и избранным представителям власти, что мы не потерпим этих больших перекосов. Мы должны встать вместе и сделать так, чтобы наш общий голос был услышан. Как Шериф, я являюсь последним препятствием между моими гражданами и превышающими свои полномочия властями, поэтому если не я, то кто?

Джон: Почему вы относитесь к своей клятве Конституции так серьезно?

Шериф: В свое время Рональд Рейган сказал: "Свобода никода не дальше от исчезновения чем одно поколение. Мы не передаем ее своим детям по крови. За нее нужно бороться, защищать и научить их делать то же." Я горячо поддерживаю эти слова и считаю, что приоритетом каждого американца должна быть защита своих свобод. Клятва - это мое слово, это мое обязательство, это мое обещание. Раньше, в этой стране, рукопожатие было достаточным основанием для ведения бизнеса, теперь же ни оно, ни слова ничего не значат. Молодежь и наша страна надеющаяся на нас, должны увидеть, что мы воспринимаем нашу клятву, наши слова и наши обещания на полном серьезе как это было раньше.





А тем временем в Америке...

Из новостей...

Форт-Уэ́рт, штат Техас. В прошлую субботу двое полицейских приехали утром проверить информацию соседа, который сообщил что в доме гражданки Ататиана Джефферсон (Atatiana Jefferson) открыта входная дверь. Ататиана находилась в спальне со своим племянником и была убита на месте.



п.с. Заметим, что если даже кадры в конце видео правдивы (показано оружие), то ничего криминального в этом нет - хранение и ношение оружия гарантируется конституцией США. Защита себя и своей собственности тоже. Если полиция не идентифицировала себя, откуда гражданке было знать кто шастает у нее во дворе? Это на случай если она и держала оружие в руках...

На почитать и без страстей...

0.png

В 1966 году в Москве вышел из печати роман Верткеса Тевекеляна "Рекламное бюро господина Кочека", который сразу же завоевал популярность у читателей. Причина успеха романа заключалась не в его художественных достоинствах, хотя написан он был живо и интересно, а в редком для тех лет сюжете.

Это было наполненное интереснейшими событиями повествование о советских разведчиках - молодой семейной паре, сумевшей проникнуть на территорию Германии, успешно там легализоваться и обзавестись необходимыми для добычи секретных сведений связями в условиях тотального сыска и всеобщей подозрительности, разжигаемых пришедшим к власти и набирающим силу фашистским режимом.

Отдавая дань лихо закрученной фабуле и переживая вместе с героями романа их головоломные приключения, вряд ли кто из читателей мог догадаться о том, что они являются не плодом воображения талантливого автора, а реальными событиями из жизни малоизвестных широкой общественности выдающихся советских разведчиков Елизаветы Юльевны (и для сравнения ссылка на вики) и Василия Михайловича (ссылка на вики) Зарубиных, чьи профессиональные достижения не только не уступают, а даже во многом превосходят успехи тех знаменитых нелегалов, имена которых стали хрестоматийными.

1.jpg


[Spoiler (click to open)]
Cо страницы 74.

Гамбург — морские ворота Германии — показался Василию и Лизе более оживленным и веселым, чем Берлин. Порт и все, что было связано с ним, накладывало своеобразный отпечаток на жизненный уклад этого большого города. На каждом шагу встречались иностранцы, матросы из самых отдаленных уголков земли. Каждый второй гамбуржец знал хоть один иностранный язык. В Гамбурге сосредоточилось множество увеселительных заведений, публичных домов, нравы здесь были проще, чем в других городах Германии. В ресторанах кормили лучше — подавали отлично приготовленную рыбу, мясо. В магазинах тоже было больше продовольственных и других товаров, чем в столице. В Гамбурге в невиданных размерах процветала спекуляция, — на черном рынке можно было купить все что угодно, начиная от потребительских товаров и кончая иностранной валютой, золотом и драгоценными камнями. В этом шумном многоязычном городе дышалось как-то свободнее.

Глауберг встретил патрона с женой на вокзале и повез их в лучшую гостиницу под названием «Гамбург», где был забронирован трехкомнатный люкс.

Было еще рано, и, чтобы не терять драгоценное время, Василий быстренько привел себя в порядок и отправился к американскому консулу.

Мистер Меллон, немолодой американец с седеющими висками, оказался в высшей степени любезным, неглупым человеком. Он объяснил, что местная обстановка мало чем отличается от той, которая господствует ныне во всей стране, — те же фашисты с их крикливой демагогией… Что касается человека для постоянного представительства фирмы, то у него есть на примете один немец, и, если мистер Кочек скажет, где он будет завтра в одиннадцать утра, человек этот явится к нему с запиской консула.

— Кто такой он, этот немец, — внушает ли он доверие? Я хочу сказать, не связан ли он с нацистами? — спросил Василий.

— Ах, дорогой мой! Разве сейчас можно разобраться, кто из немцев внушает доверие, а кто нет? Все они, в той или иной степени, заражены шовинизмом и, как только выпьют кружку пива, горланят, что Германия превыше всего!.. Человек, которого я собираюсь вам рекомендовать, кажется вполне приличным, а там кто знает, что у него на душе. Поговорите с ним поподробнее, выясните все, что вас интересует, — посоветовал консул.

— Очень вам признателен, пусть придет ко мне в гостиницу часам к десяти… Мне хотелось бы спросить вас еще об одном деликатном деле. Не скажете ли вы мне, что из себя представляют здешние таможенные чиновники?

— Сплошные жулики и взяточники!

— С ними можно иметь дело?

— Если хорошо платить, то можно. Учтите, с недавних пор во главе таможни находится один ярый национал-социалист, любитель выпить и большой мерзавец. Если дело у вас крупное, то лучше всего связаться с ним. Действуйте смело и ничего не бойтесь. Немцы не пойдут на провокацию против уполномоченного могущественной американской нефтяной компании. Сегодня они в нас нуждаются и поэтому всячески будут обхаживать вас. Что будет завтра, не знаю!..

В номере гостиницы Глауберг доложил патрону, что он успел познакомиться с несколькими руководителями гамбургской таможни — не с самыми, конечно, крупными — и пришел к заключению, что они сговорчивые люди и с особым уважением относятся к американцам. Не зная, о чем конкретно идет речь, он, Глауберг, лишен был возможности вести с ними предметный разговор, но, по предварительным его впечатлениям, таможенные чиновники пойдут навстречу любым желаниям мистера Кочека, разумеется при условии приличного вознаграждения.

— Ну, это понятно — не даром же они будут стараться! А нельзя ли, герр Глауберг, встретиться с ними? — спросил Василий.

— Почему бы нет? По-моему, лучше всего сделать это в отдельном кабинете ресторана при вашей гостинице. Я буду с ними ужинать, а вы зайдете к нам как бы невзначай, и я познакомлю вас со всеми. Их будет трое.

— Предложение в принципе принимается, о своем решении и о сроке скажу вам позднее…

Утром, в назначенный час, явился гренадерского вида краснощекий немец с добродушным лицом и хитроватыми глазами. Он отрекомендовался Карлом Бремером и протянул Василию записку от консула.

— Садитесь и коротко расскажите о себе, — Василий указал на кресло.

— Что же вам рассказать?.. — Бремер пожал плечами. — Родился здесь, в Гамбурге, в тысяча восемьсот девяносто четвертом году. Потомственный моряк, — мой отец, дед, как и я, были моряками. Окончил морское училище и службу свою начал в тысяча девятьсот пятнадцатом году на военном корабле гардемарином. Два года проторчал во французском плену, — наш линкор торпедировала французская подводная лодка, и я уцелел в числе немногих немецких матросов. После войны служил помощником капитана на торговом пароходе, потом перешел в управление порта боцманом. Накопив немного денег, решил заняться коммерцией, но во время кризиса разорился и потерял все. В настоящее время выполняю отдельные поручения американских фирм и компаний. Мечтаю о постоянной работе, — закончил свою короткую исповедь бывший моряк и посмотрел на Василия, ожидая решения своей судьбы.

— В каких партиях или политических организациях состояли?

— Политикой никогда не занимался и заниматься не собираюсь!

— Герр Бремер, скажите мне совершенно откровенно: как вы относитесь к национал-социалистам?

— Могу сказать, — и, надеюсь, вы меня поймете, — вполне положительно, хотя и не все одобряю в деятельности наци. Как истинный немец, я люблю свою прекрасную родину и должен вам сказать, что единственный человек, кто сумел вывести Германию из того унизительного положения, в котором она находилась после Версаля, был Гитлер, — за это честь и хвала ему!.. Мы — великая нация, и все попытки держать нас в подчиненном положении напрасны!..

— Благодарю вас за откровенность. Ответьте, пожалуйста, еще на один вопрос: знакомы ли вы с руководителями порта и работниками таможни?

— Почти со всеми.

— В таком случае я познакомлю вас с вашими основными обязанностями и кое с чем еще… — Василий подробно, не жалея, времени, рассказал Бремеру обо всем, что касалось работы того как местного представителя компании, и спросил, сможет ли он выполнять некоторые деликатные поручения, связанные с таможней.

— Смогу! Скажите, что нужно.

— Наш юрисконсульт, герр Глауберг, приглашает завтра вечером нескольких таможенных чиновников на ужин. Примите, пожалуйста, участие в этом товарищеском ужине и постарайтесь договориться с ними о деле.

— Вам известны фамилии приглашенных?

— Нет. Я познакомлю вас с Глаубергом, и он расскажет обо всем. — Василий пришел к заключению, что лично ему не к чему знакомиться с таможенниками.

Судя по всему, юрисконсульт и бывший моряк знали свое дело. На следующий день после встречи за ужином с таможенниками они вдвоем явились к Василию и сообщили условия соглашения: чиновникам таможни платить натурой в размере десяти процентов от всех товаров. Следовательно, из ста мешков кофе оставлять им десять мешков, кроме того, пропускать через таможню тридцать процентов товара и оплачивать полагающуюся пошлину. Это на тот случай, если вдруг возникнет необходимость предъявить квитанции таможне.



п.с. Кстати Елизавета Зарубина (урождённая Эстер Иоэльевна Розенцвейг) сообщила ОГПУ о связях Якова Блюмкина (Симха-Янкев Гершевич Блюмкин) с Троцким, после соблазнения Блюмкина и сожительства с ним по приказу Трили́ссера, Ме́ера Абра́мовича.